Shen Yueming ● Шэнь Юэмин
06.01.1990

Принадлежность: глава китайской гильдии "Снежный лев" Ранг: S Стихия: свет Внешность: Jing Yuan (Honkai Star Rail)

Способности: оружие - гуань дао; призывает оружие, воинов сияющего солнца и снежного льва, которые сражаются на его стороне и защищают его и союзников

подробно

Базовая атака 1
Атакует цель гуань дао, нанося мощные удары крест накрест

Базовая атака 2
Атакует цель гуань дао, вращаясь вокруг своей оси и расшвыривая противников в разные стороны

Основная атака 1
Призывает три великих гуань дао (каждый три метра длиной) из золотого солнечного света, которые вонзаются в цели под разными углами, пробивая щиты, если они есть, и ослепляя цели на 10 секунд. Атака наносит урон стихией света. Гуань дао исчезают через 30 секунд.

Основная атака 2
Призывает три десятка шэнбяо (дротик из солнечного света, вместо веревки - тончайшие солнечные лучи), которые вонзаются в цели и опутывают их золотистыми веревками, не давая двигаться. Атака наносит урон стихией света. Шэнбяо исчезают через 30 секунд.

Особая способность
Призывает огромного белого льва с небесно-голубыми глазами, который сражается бок о бок с Юэмином. Атаки когтями и зубами льва вызывают кровотечение продолжительностью 3 минуты, за 1 минуту цель теряет 10% здоровья. Рык льва вызывает волну страха (один раз за сражение). Цели, не пошедшие проверку стойкости, замирают в ужасе и не могут уворачиваться и парировать следующую атаку льва, Юэмина или любого из членов отряда.

Навык поддержки
Призывает десять воинов сияющего солнца, которые смыкают щиты и  превращаются в стену из золотого света, защищающую Юэмина и членов отряда. Стена держится 2 минуты. Ближние атаки по стене вызывают ослепление у атакующего на 10 секунд и ожоги 1-3 степени в зависимости от площади соприкосновения.

Суперспособность
Призывает огромного воина сияющего солнца с гуань дао, который атакует цель мощным рубящим ударом сверху вниз, который сбивает цель с ног. Сияние солнечного света ослепляет цель на 30 секунд и вызывает ожоги 2-4 степени в зависимости от размера и глубины раны. Одновременно Юэмин и члены отряда получают щит из солнечного света на 1 минуту.

Дополнительно:
Юэмин родился в обеспеченной семье, у отца был свой бизнес, матери никогда не нужно было работать, обоим сыновьям родители постарались дать все самое лучшее. Старший брат - Юэлун - пошел по стопам отца и еще в годы учебы в университете помогал ему вести дела фирмы, младший - Юэмин - с детства занимался спортом и мечтал стать мастером боевых искусств.
Жизнь свела Юэмина с тем, кто стал его лучшим другом, когда тот был еще никем - ни денег, ни образования, ни понимания, как жить дальше. Тем не менее, они разделяли одну страсть - оба обожали боевые искусства и стремились достичь в них совершенства. Впоследствии они попали к одну наставнику, и хотя он обучал их вроде бы одному и тому же и относился к ним одинаково, Юэмин и Чжицай выросли очень разными людьми. Оба стали охотниками, оба получили S-ранг, у обоих пробудились братья, и для обоих это стало проблемой, но и эти проблемы были разными. Младший брат Чжицая не обрел полный контроль над своими способностями; старший брат Юэмина стал алчным человеком, пытавшимся заработать в рейдах все деньги мира, но ему все было мало, и когда родители погибли в автокатастрофе, он провернул несколько махинаций, чтобы забрать все наследство себе. Через несколько месяцев Юэлун таинственным образом исчез во вратах, и его так и не нашли. Все очень сочувствовали Юэмину, разминувшемуся с братом в опасном подземелье, а он был безутешен - настолько, что все полученное наследство пожертвовал больницам и домам престарелых. И только Чжицай знал правду о том, что исчезнуть Юэлуну помог младший брат. Что еще он мог сделать? Судиться с ним и испортить репутацию? Бред какой-то... Зато после этого случая Юэмин и Чжицай побратались, смешав кровь. Они стали друг для друга настоящими братьями, и Юэмин присматривает за младшим братом Чжицая как за родным.
Со временем Юэмин основал собственную гильдию, которую, отбросив лишнюю скромность, назвал "Снежный лев" - в честь древнего символа бесстрашия и непобедимости и в честь собственной способности призывать огромного белоснежного льва. Чжицай тем временем прошел через столько рейдов, что был признан одним из сильнейших охотников Китая, а затем и всей Азии. В отличие от него, Юэмину намного интереснее разбираться в хитросплетениях интриг внутри Китая и за его пределами, участвовать в международных конференциях охотников и прикладывать все возможные и невозможные усилия для создания благоприятного образа охотников перед самой широкой аудиторией. Поскольку теперь он очень богат, он вкладывает деньги в творческие проекты, покровительствует писателям, режиссерам, разработчикам игр, создающим контент об охотниках. Отдельное место занимало создание благоприятного образа в СМИ Лю Чжицая - охотник такого уровня должен был иметь безупречную репутацию, поэтому Юэмин был постоянно на связи с Коммунистической партией Китая, спецслужбами, международными организациями, главами крупных гильдий, Ассоциациями охотников самых разных стран - куда бы Чжицая ни заносило, за ним прибирались и писали о нем только хорошее. Но у всего есть свои пределы, и есть вещи, после которых остается только поставить точку. В биографии Чжицая точку поставил Юэмин: в конце концов, во многом именно из-за него он начал путать свободу и вседозволенность... Это была хорошая, красивая смерть, ни у кого не вызвавшая подозрений.

Юэмин никогда не был женат, но всегда пользовался популярностью у женщин - сочетание белоснежных волос и солнечно-золотистых глаз, дополненное безмятежной улыбкой, очаровывает многих. Он почти всегда доброжелателен, говорит негромко и мягко, почти мурлычет, он не кажется опасным и даже производит впечатление слишком расслабленного, ленивого человека, незаинтересованного в победах и славе. Это, конечно же, не так, просто он избегает громких триумфов и предпочитает хранить трофеи и награды в отдельной комнате и никому их не показывать, будто дракон стережет свою свою сокровищницу. Он привык ни в чем не нуждаться и довольно много денег тратит на благотворительность - помощь охотникам, получившим инвалидность, помощь семьям погибших охотников, помощь центрам реабилитации и больницам. Это не просто часть образа добродушного и сытого льва, греющегося на солнышке, но и реальная потребность кому-нибудь помогать. Теперь, когда Чжицая больше нет, и о нем не нужно заботиться, стало как-то пусто, скучно и слишком просто. Значит, нужно найти себе кого-то еще, чтобы окружить бескомпромиссной заботой, и Юэмин очень надеется, что это произойдет скоро.

Пост

Элис, такая яркая, взрывная Элис всегда очень нравилась Уолдену. Не как женщина, нет, но как... Явление природы? Такая непосредственная, такая искренняя, такая смелая — всему этому он даже порой завидовал. Он-то наоборот был похож не на летнее солнце в зените, а на неяркое солнце зимним утром: вроде бы и светит, но не греет, то и дело прячется за облаками, вечно ускользает, не давая себя рассмотреть. Был ли он хоть когда-нибудь таким же невинным? Нет, вряд ли. Наивным — да, был. Когда готов был поступиться принципами, чтобы спасти свой древний, но удручающе бедный род от нищеты. Но его не поняли, а сейчас он и сам уже себя не понимал. Он правда думал жениться на полукровке? Ах, какие только глупости не приходили в голову вчерашнему мальчишке! Хорошо, что выветрились они быстро. И полностью.
У древней шотландской фамилии, конечно, были свои преимущества. Например, будучи Макнейром он мог общаться в стенах Министерства с отцом этой очаровательной Элис — и за его пределами тоже, и даже бывать в гостях. Только он был младше него и старше его дочери, болтался где-то между поколениями, что скорее даже помогало, чем мешало находить общий язык. Приходилось выкручиваться, а уж выкручиваться он умел. Не находчивые волшебники выпускниками Слизерина не становятся. Будучи человеком достаточно замкнутым, он все же научился быть интересным собеседником для разных людей и еще лучше научился прятать свои эмоции, потому... Ну, потому он не опасался, что Элис, например, заподозрит его в чем-нибудь не том.
А еще эта потрясающая женщина стала бы отличным пополнением в любом отряде. Потрясающая, да. Поражающая воображение и сотрясающая основы. В том числе основы здравого смысла. Был бы Уолден моложе лет на десять, он, наверное, мог бы и влюбиться. Но тогда в его сердце была совсем другая женщина, маленькое чудо (особенно относительно его роста в шесть футов и два дюйма) с волосами цвета дикого меда и россыпью веснушек на лице, ключицах и хрупких плечах. На кого был бы похож их ребенок? Ему нравилось думать, что на нее, на его солнечную Элейн... Смог бы он убивать, если она была еще жива? Да, смог бы. Чтобы защитить ее и ребенка от проникающего в волшебный мир влияния проклятых магглов, слишком, слишком опасных, чтобы и дальше закрывать глаза на то, что грязнокровки тащат из их убогого мира всякую дрянь. Так вот... Чтобы защитить волшебный мир от этого пагубного влияния, нужны были решительные и смелые люди. Такие, как Элис.
— Мерлин, и чего им не живется спокойно? — в руках у Уолдена была свежая газета, рядом на журнальном столике стоял бокал с огневиски. Он любил тот же сорт, что предпочитал закупать отец Элис, и это было весьма приятное совпадение. — Тут пишут, что какой-то магглорожденный экспериментировал с принесенной маггловского мира вещью и случайно взорвал себя вместе с ней и со своей женой, которая ему помогала... Это же чистой воды безумие! Почему за этим так плохо следят? Магглорожденных нужно досматривать после каждого визита в их проклятые кварталы, они так скоро весь Лондон разнесут своими опасными игрушками!
Особенно его огорчало и злило что, что у погибшей пары были дети. Это же надо было быть настолько безрассудными! Сумасшедшие! Сумасшедшие убийцы! У диких зверей хотя бы есть инстинкт самосохранения, а у этих...
— Теперь двое их детей остались сиротами, — вздохнул он, запив мрачные мысли глотком огневиски. — Может, не так уж и не правы те, кто считают, что магглорожденных пора как-то ограничивать в правах? Они опасны. Опаснее тех тварей, что мне приходится уничтожать. Разве нормально, что они в любой момент могут взорвать что угодно, где угодно, и пострадают ни в чем не повинные люди?